«Признаюсь: я жил»

Так озаглавил свою автобиографию всемирно известный чилийский поэт и дипломат Пабло Неруда. И это выражение было одним из любимейших у известного кузбасского журналиста Евгения Михайловича Пестерева, который недавно ушел в мир иной. И который о своей жизни мог сказать также.

У него было три страсти, три ипостаси: работа, книги и путешествия. Когда он вышел на пенсию, частенько захаживал в редакцию навестить друзей-коллег по журналистскому цеху. «Нет уз святее товарищества», - говаривал Михалыч при этом. Частенько он бывал и в моем кабинете. Благо, я его почти восемь лет занимал один.

Михалыч садился в кресло напротив меня, закуривал свою любимую «Приму» и, отхлебывая горячий душистый чай из большого бокала, предавался воспоминаниям: о работе, о друзьях-товарищах, о путешествиях по необъятным просторам нашей страны. Или рассуждал о текущем политическом моменте, или - о недавно прочитанном произведении. Я любил слушать этого степенного, мудрого старика с огромной, седой, окладистой бородой и в очках с толстенными линзами. Михалыч был совсем близорук из-за многочасового чтения.

А вспоминать ему было о чем, ибо прожил он интересную, насыщенную событиями, жизнь.

- Мои странствия начались давно, - рассказывал Михалыч. – В 1941-м, в военные годы, попал в эвакуацию. Жил в Тяжинском районе, детство мое проходило возле железной дороги. Частенько я с друзьями садился на поезд, и мы уезжали куда глаза глядят.

Женя Пестерев и профессию для себя выбрал «цыганскую», как он сам любил выражаться. Закончил историко-филологический факультет Иркутского госуниверситета и стал журналистом. А это значит, бесконечные командировки – короткие и дальние.

Его журналистская биография многообразна и обширна. Он работал литсотрудником и ответственным секретарем Омсукчанской городской газеты, старшим редактором университетской многотиражки родного Иркутского университета. Затем были Иркутский областной комитет по радиовещанию и телевидению, Восточно-Сибирское книжное издательство, газеты «Советская Калмыкия» и «Советская Чукотка».

Затем в творческой биографии Пестерева наступает кузбасский период с газетами Кемеровской области: «Заря», «Ленинское знамя», «Заря коммунизма», «Сельская новь». Почти десять лет он работал завотделом сельского хозяйства областной газеты «Кузбасс». Он знал количество поголовья крупного рогатого скота, например, в совхозе «Ягуновский» Кемеровского района и площадь посевных земель в Юргинском районе.

Изъездил вдоль и поперек и изучил досконально сельскохозяйственные возможности Яшкинского и Яйского районов, потому что здесь «собкорил». В его личной библиотеке появился богатейший раздел аграрной литературы. В этой теме он чувствовал себя, как рыба в воде. И, несомненно, был в ней лучшим специалистом среди журналистов области.

После выхода на пенсию, Евгений Михайлович всецело реализует свою неодолимую тягу к путешествиям. Причем, страну он хочет видеть не из окон поездов, а шагая по ее просторам с рюкзаком за плечами. Лишь иногда пользовался попутным транспортом. «Когда сбивался с пути, подходил к гаишникам», - вспоминал как-то Михалыч. - Доставал маршрутный лист, объяснял ситуацию. И ребята помогали. Останавливали машину, договаривались с водителем, и он меня довозил куда надо.

Иногда пользовался электричкой. В основном тогда, когда проходил уже знакомые места. К примеру, Новосибирскую область. Дважды в день – утром и вечером – готовил горячую пищу. Ночевал в палатке. Денег в дорогу брал немного, дабы не искушать лихих ребят. Когда наличность коналась, звонил в Кемерово из какого-нибудь крупного города кому-нибудь из друзей, с кем предварительно договаривался, и ему высылали деньги.

Вот таким образом Михалыч однажды прошагал от Кемерово до Находки, в другой раз – от Кемерово до Мурманска, преодолел «автостопом» Мурманскую область, Бурятию, Дальний Восток, побывал во всех городах-«миллионниках» России. Его самые затяжные путешествия длились по полгода. Его путевые заметки печатали в областных газетах. Пять лет назад он предпринял свое последнее странствие. Дошел до Карелии, здесь воевал его отец. На одной из маленьких станций у него украли рюкзак, где хранилась палатка. К счастью, документы были в одежде. И домой он уже добирался на поезде. А вскоре в Кемерове травмировался, начались проблемы с позвоночником. И от путешествий пришлось отказаться. Хотя в памяти нашего журналистского братства Михалыч навсегда останется «вечным странником».

Кстати, согласно «Толковому словарю под редакцией Ефремовой Т.Ф.», «пестерь - кузов, короб из бересты, который носят за плечами». Проще говоря, заплечная сумка. И рюкзак вполне можно назвать заплечной сумкой.

Последние свои годы Евгений Михайлович проводил в основном среди своих книг. А библиотека у него, надо сказать, богатейшая. Всё лучшее из русской и советской классики. Зарубежная литература, начиная с античности. Очень много книг по истории России, начиная от «Руси» Пантлеймона Романова и кончая солидной подборкой книг по современной истории, к примеру, «Заговор Горбачева и Ельцина. Кто стоял за хозяевами Кремля?» Александра Костина. Великая Отечественная война и сталинизм – темы, которые волновали Пестерева всегда. Диапазон его интересов широчайший. Да и был он истинным энциклопедистом. Последнее время читал по три-четыре книги одновременно. Постоянно заглядывал в справочную литературу. Во многих его книгах можно найти вырезки из газет и журналов – своеобразное дополнение к произведениям.

Перед смертью он просил своих друзей: «Ребята, сделайте так, чтобы мои книги не оказались на помойке». И уже есть договоренность с одной из сельских библиотек, которая готова принять книги нашего дорогого товарища.

Сергей Лепихин ,

Источник: газета "Наши земляки. Кузбасс" в №4 (77) от 25.01.2013г.