Игорь Семёнов: «Я – журналист»

Читателям со стажем городской газеты Прокопьевска «Шахтёрская правда» наверняка знакомо это имя. За последние четверть века на страницах газеты с завидной регулярностью появлялись его статьи о шахтёрах, работе других промышленных предприятий, о праздниках и будничной жизни прокопчан, их делах и заботах, словом, обо всём, чем жили родной город, регион и в целом страна.

Недавно ему исполнилось 50 лет. Чем не повод, чтобы рассказать об этом человеке? Итак, у нас в гостях журналист Игорь Валерьевич Семёнов.

Дружба с математикой

– Судьба каждого журналиста в некотором роде уникальна, часто им становятся вопреки многим жизненным обстоятельствам. И только по прошествии времени понимаешь, что именно это занятие и было тебе предначертано свыше. Игорь Валерьевич, вы согласны с этим? Каков был ваш путь в журналистику?

– Я учился в прокопьевской школе № 35, славившейся сильными математиками. И у меня с математикой было всё хорошо. После окончания школы я поступил в ТИАСУР – Томский институт автоматизированных систем управления и радиоэлектроники. Как ни странно, это мне потом пригодилось в журналистике. Уже тогда были серьёзные наработки по искусственному интеллекту и прочим способам работы с информацией, которые и сегодня считаются крутыми.

Но шли 1990-е годы, их потом назовут лихими, и на многом был поставлен жирный крест. Науке был нанесён сокрушительный урон, и лично моей учёбе – тоже. Мама – медсестра – месяцами не получала зарплату, отец – водитель – остался без работы, так как его автоколонна была расформирована, в семье был ещё младший брат – школьник.

Так что я вернулся из Томска в Прокопьевск и начал работать. Сначала на стройках города. Но вскоре через знакомых, у которых были другие общие знакомые, меня приняли в редакцию газеты «Шахтёрская правда», в компьютерный отдел. Я знал компьютеры, которые тогда ещё не были столь популярны.

– И как из математика появился гуманитарий, умеющий грамотно писать оригинальные тексты?

– Видимо, это тоже родом из детства. Кроме математики я в школе очень любил литературу и много читал. Мои сочинения нередко зачитывались всему классу, но отметки, как правило, за них снижали, видимо, из-за оригинальности, не признавал я общепринятые планы повествования, а обо всём писал по-своему.  

Редакционный коллектив газеты «Шахтёрская правда» был большой, и в нём трудилось много маститых журналистов, таких как Евгений Худобин, Наталья Фомина, Лариса Фролова, Валерий Токарев, Нина Засадная, и я, верстальщик, не собирался разбавлять их ряды. Тихо-мирно работал в компьютерном отделе восемь лет.

Но однажды меня зацепила тема с ядерными отходами, собрал по разным источникам информацию, проанализировал, систематизировал и представил своё творение на суд редактора Валерия Михайловича Гужвенко. Тот почитал и неожиданно сказал: «Пойдёт. Напиши ещё». А вскоре предложил мне стать корреспондентом.

От темы к теме

– И «Шахтёрка» стала вашей судьбой?

– Меня быстро переориентировали на промышленность, на экономику в целом, на политику. Но приходилось писать и про образование, и про культуру. Осваивал разные темы, разные жанры. Первые свои грамоты на всекузбасских конкурсах получил за лучшее интервью с угольщиками.

Интервью, как известно, в журналистике считается одним из самых сложных жанров. Сначала я этого не понимал. Понимание пришло позже: интервью не только сложный жанр, но и очень интересный. Довелось побеседовать со многими известными бригадирами, директорами, угольными генералами, даже академиками и прочими учёными.

Мне нравилось бывать на предприятиях города, спускаться в шахты. Вообще я убеждён в том, что, не спустившись в шахту хотя бы раз, ты не ощутишь в полной мере особенности этой профессии, не поймёшь шахтёров.

Но шли нулевые, тоже непростые годы. После того, как нашего редактора забрали в Кемерово, он был назначен главным редактором областной газеты «Кузбасс», а случилось это в 2001 году, «Шахтёрку» «заштормило»: менялись редакторы, менялась обстановка в редакции, да и по всей стране. Менялся и я, и места моей работы: газеты, холдинги, издательские дома… А потом я снова вернулся в «Шахтёрскую правду». Может, и правда она стала родной.

– Игорь Валерьевич, не знаю, известно ли вам о том, что в местной журналистской среде вас часто называют аналитиком? Ведь аналитические статьи вам особо удавались. Вы согласны?

– Я бы сказал, что у меня аналитический склад ума, а аналитик я или нет, это ещё вопрос…

– Но наверняка себя вы считаете состоявшимся журналистом, так как с журналистикой не порываете. Над чем работаете в настоящее время?

– Пишу сразу две книги. Одну – в жанре мистического реализма, ярким представителем которого был один из любимых моих писателей Габриэль Гарсиа Маркес, известный колумбийский писатель и журналист. Вторая книга о том, как я был на СВО.

Военный корреспондент

– Как вы оказались на территории, где проводится специальная военная операция?

– Туда меня привела всё та же журналистика. Это как с шахтами – надо в них побывать, чтобы писать о них. Я много писал об участниках СВО, беседовал с ними и в какой-то момент понял, что должен там побывать.

Ещё один факт сыграл свою роль: многие известные писатели и поэты были военкорами или просто участниками боевых событий. Тот же Маркес, например. Вспомним также Льва Толстого, Михаила Лермонтова, Александра Твардовского, Юрия Бондарева и так далее. Писатель не может оставаться в стороне. Так было всегда, так есть и сейчас. Ведь именно там, на фронте, меняется общество, страна, сама эпоха. Конечно, я против насилия, я тоже не хочу, чтобы велись какие-то боевые действия. Но если они идут, надо там побывать и посмотреть, что там происходит.

И вот я – доброволец казачьей бригады «Дон».

– Кем вы там были? Какая военная специальность была вами освоена?

– Выдали мне военную экипировку, автомат, и стал я стрелком, помощником гранатомётчика. О том, что на самом деле я являюсь военным корреспондентом, запрещено было говорить. И в плен военкорам нельзя попадать. Погибнуть можно.

Из нашей «пятерки» в живых остались двое. У информационной войны свои законы. И друг друга мы знали больше по позывным. А позывные у многих из памятного детства. Я был когда-то в школе Атосом, им назывался и на фронте. Так что и брал интервью, и писал материалы, и стрелял. Правда, только по дронам.

Стояли мы на Кинбурнской косе. Рядом – Очаков, Николаев, Одесса. Исторические, кстати, места – здесь остались даже ядра с тех времён, когда наш прославленный Суворов громил турок. Есть даже версия, что именно эта коса и есть пушкинское Лукоморье.

Так вот это сказочное место являлось стратегически важным направлением. И били по нас артиллерией, и кружились над нами БПЛА. Однажды я сидел с бывалым военным у окна, брал у него интервью. Вдруг в окне появился дрон. Спрашиваю товарища, что, мол, делать. А он мне: не шевелись, если он без тепловизора, не заметит нас и улетит. Нам повезло, дрон улетел. А мы продолжили нашу беседу.

– Какой опыт был приобретён в столь непростых условиях?

– Был на СВО четыре месяца. Но и этого срока хватило, чтобы что-то понять, переосмыслить. Научился, например, молиться. Ведь, как известно, в окопах атеистов не бывает. До сих пор не отпускает всё это. Тем более, мой младший брат там пропал без вести, а мы продолжаем его ждать.

Реалист и романтик

– На ваш взгляд, журналист по жизни должен быть пессимистом, оптимистом или во всех случаях только реалистом? Вот журналист Семенов – он кто?

– Если хочешь выжить в не самых благоприятных условиях, лучше быть пессимистом, даже, наверное, циничным реалистом. Но в своих текстах ты можешь быть романтиком. И не забывать о том, что любой факт можно повернуть как угодно. Да, писать надо правду. Но и она бывает субъективной, вот в чём дело.

Если говорить в целом, я хочу светлого будущего. И в этом смысле я, конечно, романтик. Но и реалист. А ещё я понял на СВО, что, если журналисту становится очень интересно то, что происходит, то это означает одно: наступают опасные времена. Лучше было бы, чтобы в стране и во всем мире всё было хорошо. Чтобы журналисты писали о новых открытиях, свершениях, о том, что люди счастливы и уверены в своем прекрасном будущем. Это и было бы самое лучшее время, самые лучшие темы для меня как журналиста.

Беседовала Галина Анисимова

г. Прокопьевск

Источник: газета «Шахтёрская правда», 12 марта 2026 г. С. 7

Наша справка

Игорь Валерьевич Семёнов родился 5 марта 1976 года в городе Прокопьевск в семье водителя и медсестры. Все школьные годы делил комнату со своим дедом-фронтовиком, характер которого тоже повлиял на воспитание Игоря.

Учился в прокопьевской средней школе № 35, проявлял особую склонность к математике и физике. После окончания школы в 1993 году поступил в Томский институт автоматизации систем управления и радиоэлектроники на специальность «Автоматизированная обработка информации».

Показывал отличные результаты в учёбе, особенно в сфере программирования. В Томске же начал писать свои первые рассказы.

В самом начале рыночных реформ 1990-х годов в семье родителей сложилась трудная финансовая ситуация. Поэтому после первого курса Игорь принял решение вернуться в Прокопьевск и найти работу. А октябре 1994 года его приняли оператором вёрстки в городскую газету «Шахтёрская правда».

Активно вносил рацпредложения в разработку дизайна газеты. Кроме того, стал писать в газету заметки, репортажи, статьи.

Вскоре поступил на факультет журналистики Уральского государственного университета. Обучался дистанционно (преподаватели вуза сами приезжали в Прокопьевск, читали лекции и принимали экзамены), это позволяло учиться без отрыва от работы. Однако через три года дистанционная форма обучения в УрГУ прекратила существование, и обучение пришлось прервать.

Тем не менее, после удачной серии публикаций редактор газеты переводит Игоря Семёнова в корреспонденты.

Основная тематика его материалов – промышленность, экономика и политика. Освещал и такие сферы жизни города, как строительство, культура, туризм, общественная жизнь, спорт. Материалы журналиста публиковались в отраслевом журнале «Уголь Кузбасса».

Работал главным редактором «Прокопьевской газеты». В этом качестве ему удалось сколотить работоспособный коллектив, повысить тираж издания.

Затем принял предложение перейти в корпоративное СМИ АО «Евраз», работа там позволила ему лучше понять проблематику угольной отрасли.

Пробовал себя и в издательском деле: руководил филиалом Кемеровского издательского дома «Азия».

В марте 2009-го Игорь Семёнов возвратился в газету «Шахтёрская правда», где отдавал приоритет интервью с ветеранами Великой Отечественной войны, тружениками тыла, ветеранами труда, участниками СВО.

В феврале 2024-го отправился добровольцем на специальную военную операцию. При этом по заданиям редакции записывал видеорепортажи с линии фронта, новостные сюжеты.

В июле 2024 года комиссован по состоянию здоровья. Вновь вернулся в газету «Шахтёрская правда».

Не раз одерживал победы во всероссийских и областных конкурсах журналистского мастерства. К примеру, стал победителем всероссийского конкурса «Чёрное золото России-2017» в номинации «Лучший газетный материал на тему «Угольная промышленность в Кузбассе» – за серию материалов о шахтёрской профессии и развитии угольной промышленности Кузбасса.

Заслуженный журналист Кузбасса. Имеет статус ветерана боевых действий.

Среди любимых книг Игоря: «Сто лет одиночества» (Габриэль Гарсиа Маркес), «Роза Мира» (Даниил Андреев), «Тёмная башня» (Стивен Кинг), «Все, способные держать оружие…» (Андрей Лазарчук).