Известный советский репортёр, очеркист и писатель Исаак Борисович Экслер (Араличев) в послевоенные годы трудился в областной газете «Кузбасс»

Известный ветеран журналистики, заведующий отделом пропаганды областной газеты «Кузбасс» Максим Щербаков когда-то писал в статье «Я не мыслю себя вне газеты», что в первые послевоенные годы редакции повезло с сильными кадрами:

«После войны редакция размещалась в двухэтажном кирпичном доме возле кинотеатра «Москва», здесь же была и типография. «Кузбасс» тогда редактировал А. А. Бабаянц, бывший редактор газеты «Советская Сибирь». В коллективе трудились такие сильные журналисты, как Э. Б. Ливянт, Я. Л. Северный, И. Ховес и С. Токаревич, владевшие иностранными языками, В. Я. Альман, спецкор Экслер (И. Араличев)...».

Вот об этом – последнем в списке Максима Гавриловича журналисте – и расскажем сегодня.

Исаак Экслер родился в 1900 году в семье интеллигентов. Первоначально его фамилия была Араличев, но позднее его официальной фамилией стал газетный псевдоним «Экслер». 

До 1920 года он учился: сначала в школе, потом в гимназии. После окончания учёбы сам давал уроки в реальном училище.

Два года проходил срочную службу в Красной Армии. А после демобилизации стал студентом Московского института красной журналистики с трёхгодичным сроком обучения.

Профессию он для себя выбрал раз и навсегда. Сначала работал в газете «Красная звезда» – центральном печатном органе Народного комиссариата по военным и морским делам СССР.

Но уже летом 1929 года – в качестве специального корреспондента ТАСС – Экслер участвовал в первой советской полярной экспедиции на ледоколе «Седов», водрузившей флаг на архипелаге Франца-Иосифа. В результате этой поездки у него родилась документальная книга, которая в своё время была популярной среди советской молодёжи, выдержала несколько переизданий.

Автора заметили, и вот уже в роли корреспондента-очеркиста он много ездит по стране: участвует практически во всех известных экспедициях, международных автопробегах, перелётах, океанских плаваниях наших кораблей.

Не забылся редакторами и его опыт работы в «Красной звезде». Его отправляют в «горячие точки» конца 1930-х. Так, в 1938 году, как корреспондент зоны боевых действий, Исаак Экслер освещал бои Красной Армии с японскими военными частями на озере Хасан на Дальнем Востоке. А в 1939 году освещал вооружённый конфликт между советско-монгольскими и японо-манчжурскими войсками у реки Халхин-Гол на территории Монголии.

Писал он и для газеты «Известия». С началом Великой Отечественной войны И. Экслер снова стал фронтовым корреспондентом, посылал корреспонденции и очерки с фронта для разных периодических изданий, в том числе для региональной газеты «Советская Сибирь», для журнала «Сибирские огни» (Новосибирск).

А один из эпизодов его биографии военного периода связан с радиопередачей из польского города Краков, который только что заняли немецкие войска. Известно, что этот факт нашёл отражение в пьесе Константина Симонова «Парень из нашего города».

С 1943-го по 1946-й год Исаак Экслер трудился во всесоюзной газете «Комсомольская правда». Это было время его фронтовых репортажей и очерковых материалов, которые «Комсомолка» с удовольствием размещала на своих страницах.

В архивах «КП», рассказывающих о своих ведущих журналистах, отыскались такие строки: «Экслер был фронтовым корреспондентом, и его репортажи и очерки передавали атмосферу военного времени. У него были встречи с крупными литераторами, прежде всего с М. А. Шолоховым. Важная часть наследия Экслера – воспоминания о писателе, в том числе о поездках в станицу Вёшенскую. В этих текстах он сочетал портретные зарисовки с бытовыми деталями и размышлениями о творческом процессе.

Для Экслера было важно фиксировать реальные события и людей: его тексты тяготели к жанру очерка, где на первом месте – достоверность, наблюдения и прямая речь собеседников. Правдиво передавал жизнь и быт советской эпохи. В воспоминаниях и очерках Экслер нередко показывал повседневность 1930-1950‑х годов, особенности работы прессы, атмосферу редакций, маршруты командировок – всё это создавало широкую картину эпохи».

В первые послевоенные годы он поработал и специальным корреспондентом в областной газете «Кузбасс». И его публикации читатели часто берут на заметку, как наиболее интересные материалы очередного газетного номера.

Николай Николаевич Зеленин, бывший редактор областного еженедельника «Панорама», принадлежавшего областной организации Союза журналистов СССР, писал в заметках «Сразу после войны»: «Был в штате редакции «Кузбасса» известный по довоенной поре очеркист «Известий», наш спецкор Экслер, густо подбрасывающий в редакционный портфель «полотна» и подписывающий их «И. Араличев». (Буклет «Кузбасс». 60 лет», Кемерово, 1982. С. 20).

И. Б. Экслер – автор приключенческих повестей, книг, в том числе для юношества: «У края земли» (об арктическом походе ледокольного парохода «Георгий Седов», 1930); «Страна ледяная: Советская экспедиция на Землю Франца‑Иосифа в 1929 г.» (1930); «Гренландские гости» (о зверобойной экспедиции 1930 года, 1931); «Герои Хасана». (М.: Воениздат, 1938); «Тихоокеанские очерки». (Хабаровск: Дальгиз, 1940); «Героический перелёт» (о беспосадочном перелёте экипажа женщин-лётчиц из Москвы на Дальний Восток, 1939) и других.

Многие его публикации включены в сборники статей и очерков, в том числе в сборник «Беседы с М. А. Шолоховым» (1947).

Не стало журналиста в 1963 году…

Собинф

Отрывок из очерка Исаака Экслера «В гостях у Михаила Шолохова»

«Семь лет не был я в Вешенской, семь лет не видел Дона… Уже в Миллерове, где всякий направляющийся к Михаилу Шолохову должен пересесть с поезда на самолёт, видишь меты войны: взорванную мельницу, сожжённые дома, глядящие на мир слепыми глазницами окон. Но жизнь торжествует здесь. Деловитый гудок восстановленного маслозавода, скопище машин у элеватора, людный базар, переполненный всякой снедью – итоги урожайного года, – ощущаешь на каждом шагу.

На аэродроме я узнаю, что повезёт меня в Вёшки (так называют на Дону станицу Вёшенскую) Владимир Добриков, тот самый лётчик, с которым мы летали к Шолохову до войны.

…Самолёт у него теперь лучше, чем до войны: пассажир сидит в лимузине, тогда как раньше был обдуваем ветром. Добриков жестом руки указывает вниз, на что-нибудь примечательное: окопы, траншеи, лишенные крыш строения. А когда показывается знакомая излучина Дона, лётчик обращает внимание пассажира на песчаный берег реки, что напротив Вёшенской: до сих пор тут чернеют полузасыпанные песком скелеты сгоревших автомашин. В тяжёлые дни лета 1942 года здесь, на единственной переправе, скопились тысячи машин отходившей армии… Здесь, у станицы Вёшенской, фронт остановился. Родная станица Михаила Шолохова на целых полгода стала передним краем нашей обороны. Старинный собор, описанный в «Тихом Доне», высится с огромной пробоиной в южной стене; чёрная плешь видна там, где стоял театр казачьей молодёжи, построенный и открытый когда-то при содействии Шолохова.

…В райкоме партии, где я провожу время в ожидании возвращения с охоты Шолохова и его жены, мне рассказывают, что Вёшенская, как и вся страна, занята горячей восстановительной работой.

– Михаил Александрович, – говорит секретарь райкома партии товарищ Агеев, – помог составить новую пятилетку района. К концу 1950 года в каждом колхозе будет не менее пяти животноводческих ферм (коневодческая, крупного рогатого скота, птицеводческая, овцеферма, свиноферма). Девять племенных ферм организуем в районе.

…Вёшенцы делают всё, чтобы их станица была достойна своего знаменитого земляка. Улицу имени М. А. Шолохова решено в этой пятилетке замостить и асфальтировать. Берег Дона будет озеленён; расширяется станичный парк, разбитый на описанном в «Тихом Доне» майдане. Строится образцовая сельская больница на семьдесят пять коек, с лечебными кабинетами, в том числе и рентгеновским. К концу 1950 года будут восстановлены все школы.

Шолохов принимает гостей внизу, в комнате, которая служит ему теперь кабинетом. Он уже больше не работает на своей «голубятне» – в крохотном мезонине, где писались «Тихий Дон» и «Поднятая целина».

Шолохов рассказывает о том, что произошло в его маленькой усадьбе в дни войны. Немецкая авиабомба упала во двор и убила мать Шолохова. В годы войны погиб весь архив Шолохова, вся библиотека. Каждый, кто знает, с какой тщательностью берег писатель рукописи «Тихого Дона», над которыми работал в течение четырнадцати лет, в том числе ту часть их, которая не была опубликована (главным образом, исторические материалы), может понять, какая это потеря не только для Шолохова, но и для нашего литературоведения.

Погибли материалы «Поднятой целины». Потерялись любимые книги. Пропала знаменитая шолоховская коллекция изданий его книг во всем мире. Она занимала целую стену в одной из комнат на «голубятне». Здесь были не только все триста изданий книг писателя, вышедших в одном только Советском Союзе тиражом более чем в пятнадцать миллионов экземпляров, но и десятки изданий его сочинений на многих иностранных языках.

…Шолохов, хотя и привык к своей «голубятне», сейчас не может пробыть в ней и часа. Он перебрался вниз. В большой, не очень уютной комнате, приспособленной для кабинета, одна маленькая этажерка с книгами. На верхней полке – послевоенное издание «Поднятой целины» – «Разораната целина», выпущенная недавно в Болгарии издательством Маджарова и Бакарджиева.

К Шолохову всегда приходили земляки не только как к депутату, но и как к земляку. К нему обращались по всякому поводу: за помощью, за советом, а иногда… для того, чтобы дать ему совет, как писать, что делать со своими героями.

Так было во время работы над «Тихим Доном», так обстоит дело и теперь, когда писатель работает над романом «Они сражались за Родину».

Любопытное письмо такого рода получил на днях писатель. «Что это у вас, товарищ Шолохов? – пишет автор письма по поводу опубликованных глав романа «Они сражались за Родину». – Все бои идут больше, и все у вас живыми остаются. В жизни так не бывает! Ведь война была жестокая, и мы многих людей в ней потеряли».

– Я думаю, – говорит Шолохов, – что этот товарищ прав. Мы, русские, а не господа Гарриманы и Черчилли, знаем, что такое война, – каких тяжёлых жертв она от нас потребовала. Может быть, кому-нибудь выгодно это забыть, но мы не забудем этого никогда!..».

Источник: журнал «Вымпел», № 23 (декабрь) 1947 г.