Когда караси улыбаются...(О книге рассказов Сергея Черемнова «На картошку»)

Признаться, ожидал появление этой книжки давно. Наверное, с тех пор, как свела нас судьба в стенах Кемеровского госуниверситета. Там, на филфаке, сплошь и рядом были чудаки, сочинявшие стихи и прозу. Многие, правда, скрывали своё творчество от посторонних глаз. Но таково уж свойство талантливых людей: несмотря ни на что, «прорастать» сквозь время и пространство, причём зачастую нежданно, пусть даже запоздало.

В смысле возраста. Как это, к примеру, произошло с однокурсницей и журналисткой Натальей Милютиной, чей дебют книгой прозы «За полчаса… до зимы» состоялся шесть лет назад.

Впрочем, речь не о ней, а о моём однокашнике и друге Сергее Черемнове. Точнее, о Сергее Ивановиче, поскольку в наступившем году ему «стукнуло» ровно 60. А в декабре 2015-го он, автор ряда известных в Кузбассе документальных изданий, сделал себе, можно сказать, душевный подарок – издал свой первый сборник рассказов. Солидный фолиант не только по количеству страниц, но и по объёму вложенной в него души, мыслей, настроений. Словом, то, что именуется беллетристикой.

В книге почти два десятка рассказов, написанных в разные годы и объединённых, на первый взгляд, простецким заголовком «На картошку». На самом деле, названное так небольшое повествование, пожалуй, самое оглушительное в сборнике. Суть в том, как подросток Олег становится свидетелем жуткой сцены расправы молодого парня над новорожденными котятами. И, потрясённый, отказывается ехать на картошку в одном транспорте с «Лохматым» - изувером, которому автор отказывает даже в имени. Даёт просто кличку, как животному, если не сказать, зверю…

Некоторые из рассказов («Шуба», которым открывается сборник, «Стёклышки», «Двое», «Дочь и мать», «Звездопад») напоминают о давних студенческих временах – именно тогда они были опубликованы в университетской многотиражке. Но, удивительное дело, не утратили своей новизны, воспринимаются так же обострённо, как и в далёкие 70-е. Особенно хороши «Стёклышки», где в столкновении романтического начала с прагматизмом, как в извечном споре лириков и физиков, автор предпочитает всё-таки первое.

Впрочем, это совсем не значит, что он навязывает читателям своё мнение – каждый вправе выбирать для себя то, что сочтёт нужным, необходимым, созвучным для своей души.

Из рассказов, написанных Сергеем в более зрелые годы, выделил бы несколько.

«Ребята, я живой» - быль об аварии на прокопьевской шахте «Центральная». Это газетный вариант, понятно, несколько отличающийся по стилистике от остальных произведений. Но не менее проникновенный, пронизанный переживаниями за горняка Елисеева, очутившегося под завалом, который не теряет надежды на спасение, и товарищи действительно выручают его.

В «Тюльпанах» мы переносимся в армейские будни, где герой Черемнова – боец зенитно-ракетного полка, - вспомнив на учениях в Казахстане, что у мамы день рождения, отправляет ей в посылке срезанные в степи дикорастущие цветы. Конечно, в дороге тюльпаны завянут, но, тронутая сыновним вниманием, мать, разумеется, не сообщит ему об этом.

Автобиографичным является и другой рассказ – «Горячее молоко». Как и в «Шубе», мир здесь воспринимается сквозь призму детства, а поначалу отпугивающий образ суровой Масленичихи обернётся в итоге таким вот признанием: «Если бы не она, кто бы поил нас коровьим молоком, которое не шло ни в какое сравнение с тем, что в магазине? Лишь спустя много лет я догадался, что неразговорчивая трудолюбивая женщина это хорошо понимала».

Пронзительно-щемящее чувство охватывает после прочтения рассказа «Наступление». Одинокий старый дворник Матвей, и дом на отшибе от города, где он живёт и во дворе которого трудится, уже давно слились друг с другом. И вот над их хрупким мирком нависает угроза: «Это случилось лет пятнадцать назад, год за годом приближался город к матвеевому дому, ширился, рос. В те короткие минуты, когда Матвей чистил фасад, он различал сначала машины-букашки, потом фигурки людей, копошащихся на строительстве, блеск новых окон. И маленький червячок страха, поселившийся в нём, ежедневно точил его, оттого и болело так сильно сердце. А в эту осень город подошёл к самому дому. Многоэтажный, огромный, он возвышался над старым домом, оглушал его шумом новостроек, звонками кранов, рычанием моторов». Не правда ли, перекликается с темой есенинского «железного коня», некогда вторгшегося в патриархальную деревню?

Тонкую иронию таких рассказов, как «Наземные ориентиры», «Исповедь», «Проплешина», «Секрет второй ручки» органично завершает юмореска «Ну, поехали!». Как тут не вспомнить наши студенческие потуги в сатире и юморе, когда мы с Сергеем пытались стать вторыми Ильфом и Петровым? Был у нас и свой лирический герой (вроде многоликого, как у классиков, Гаврилы), и творческий псевдоним, но…

Возвращаемся на круги своя. «Караси» - ещё один автобиографический рассказ Черемнова. Пусть хронологически он третий в сборнике, именно им и хотел бы завершить эти заметки.

Будучи в болгарской Варне, автор побывал в музее водных тварей. И вот что его (не забывайте, ещё и фотохудожника), поразило. «В полутёмном зале я переходил от одного аквариума к другому. В них проходила жизнь морских бычков, кефалей, ставрид и прочей морской и речной живности. Серая, как морское дно, и плоская, как разделочная доска, камбала конвульсивными движениями зарывалась от любопытных глаз в песок. От её усилий спрятаться веяло какой-то своей, рыбьей грустью, желанием остаться наедине…

После этого маленького открытия я стал присматриваться к глазам других рыб. Особо притягивали к себе осетровые: желтоватые, застывшие, они светились неподдельной злостью, прямо-таки яростью ко всему окружающему. Выражение глаз сома было лениво сонным. Этот чёрный великан неподвижно лежал на дне своего жилища и всем видом говорил: не трогайте меня, я переделал кучу дел, здорово устал. Глуповатыми глазами взирали на водный мир сазаны. Испуганно стреляла глазами форель. По-змеиному, не мигая, взирал на белый свет угорь. Воровато бегали глазки у миниатюрных сардинок».

Когда-то давно рассказчику уже приходила мысль об осмысленности рыбьего взгляда. Было это в детстве, куда и перемещается автор, вспоминая незадачливую рыбалку с отцом и его друзьями в Приангарье, где уловом являлись караси. Те самые, что удивили в очередной раз.

«В здании Аквариума есть киоск, где продают цветные открытки с изображением рыб. Купил ту, на которой фотограф запечатлел карасей. Вглядитесь в них внимательнее: они улыбаются». Так мог написать только человек, который по-детски не перестаёт удивляться миру.

Подобных находок в книге Сергея Черемнова с лихвой, а это означает, что их поиск продолжится и, верю, выльется в следующий томик избранных произведений.

Олег КУРОЧКИН,

член Союза Кузбасских писателей