Олег Курочкин: «Практика Эдика Мальцева» (литературные пробы)

Практикант Эдик Мальцев – высокий худющий блондин в ковбойке, джинсах, кроссовках и  небольшой барсеткой в руке – стремительно вбежал по скрипучим ступенькам «районки». Она размещалась в дореволюционном ветхом доме, помнившем ещё атамана Семёнова. На нижнем этаже располагалась типография, на втором – сама редакция.

Первым, на кого наткнулся Эдик, оказался ответственный секретарь газеты «Красное Забайкалье» Палыч. Хмуро глядя поверх очков, помахивая, словно шашкой, неизменным строкомером, он в сердцах бросил:

- Мальцев! Ну, где тебя носит? Срочно в номер надо три-четыре информашки по сельской страде. Вот тебе телефонный справочник. С Богом, старик!

Последнее слово сладко отозвалось в душе Эдика. Так фамильярно называют только своих.

Промучился Мальцев больше часа, пытаясь достучаться до хозяйств. Пора была горячей, народ, как говорится, в поле, а он тут со своими глупостями… Правда, три информации Эдик кое-как накропал. Сдал.

А навстречу редактор - Василий Семёныч.

- Мальцев! Тут у нас в Ивановке стройотряд из СПТУ работает. На отделке сельской школы. Поезжай, сделай репортаж. Если получится, на полосу.

И запыхтел, потопав дальше. Тучный, лысый, смутно смахивающий на чеховского Ионыча.

Эдик договорился с шофёром старенького редакционного «Газика», и они запылили по просёлочной дороге.

Командир отряда – высокая блондинка со значком тличницы-комсомолки – познакомила Мальцева с рыжеволосой Верой, бригадиром отделочниц.

Они вошли в школу. Девушки с краскопультами и щётками в руках работали старательно, а болтливая, жеманная Вера («Точно мопассановская Пышка!», - подумалось Эдику), показывала, что и как.

Вечером они задержались в столовой. Командир отряда вынула из потаённого места бутылку водки:

- Со свиданьицем, журналист!

- А как же «сухой» стройотрядовский закон?

- А это у кого как, - уклончиво ответствовала комсомолка-отличница.

Выпили сразу по пол-стакана. Потом ещё, закусывая остатками ужина.

Эдик опьянел как-то быстро, девушки же о чём-то переговариваясь, смеялись, и казались ему прекрасными. Наконец, Вера, налегая на него пышной грудью, заговорщецки прошептала:

- Идём со мной, студент. Будет что вспомнить…

Они прошли на сеновал, забрались наверх. Там уже была приготовлена постель.

Вера, расстегнув кофточку, энергично опрокинула Эдика на себя. Груди её – большие, с вытянутыми розовыми сосками, Мальцеву показались сладкими-пресладкими. Он в них уткнулся лицом. А Вера, отыскивая у него замок на джинсах, тихонько что-то ворковала… И тут он провалился словно в пропасть.

Утром Эдик стыдился встретиться взглядами с этой ушлой девицей. А та лишь похохатывала:

- Приезжай к нам ещё, корреспондент. Ух, повеселимся!

Он возвращался в райцентр с чувством разочарования – в себе, в этой рыжеволосой фурии.

Репортаж, как ему показалось, получился удачным. Каково же было его удивление, когда, не доходя до редакции и торопливо купив в газетном киоске свежий номер, он поразился редакторской правке. Испоганил материал, заныло под ложечкой у Мальцева, а он-то выпендривался…

И Палыч, глядя на него также хмуро, прокашлял:

- И чему только учат на журфаке?

Стало грустно.

Мальцев в задумчивости вышел из редакции. День ему был не мил. Ещё раз подошёл к газетному киоску. Миловидная, стройная девушка в очках, о чём-то беседовала с покупательницей.

- А она хорошенькая! – сказал самому себе Эдик. И, едва женщина с ворохом газет и журналов, расплатилась, горячо заговорил в окошко:

- А вы знаете, вон там, в «подвале», опубликован мой репортаж!

- Правда? – она раскрыла «Красное Забайкалье» в нужном месте. – Так это вы и есть, Эдуард Мальцев?

- Да, собственной персоной.

- А я уже прочитала статью. И, знаете, мне понравилось, как вы пишете, - девушка посмотрела на него с уважением.

Эдик от похвалы залился краской:

- А что вы делаете после работы?

- Ничего.

- Тогда давайте сходим в кино. Сегодня будут показывать новый фильм (он не сказал, что уже его видел).

Незнакомка с лёгкостью согласилась.

Она пришла ровно за пятнадцать минут до начала сеанса. Познакомились. Девушку звали Таней. Она поступала на филфак в университет, но не прошла по конкурсу. Теперь готовилась ко второй попытке.

Потом, когда Эдик провожал её домой, они долго беседовали о фильме, литературе. Договорились встретиться ещё.

Так они виделись едва ли не каждый день. Мальцеву она нравилась. Он ей, по-видимому, тоже. Да и работалось ему теперь с большим настроем.

…Этот вечер для них был последним. Завтра он уезжал и, прощаясь, нежно коснулся губами её щеки. Таня растерялась и, не прощаясь, убежала домой.

Больше они не виделись, и Эдик понимал, что вряд ли встретятся. Он вернулся в свой большой город. А следующим летом проходил практику уже в областной газете. Там Мальцев познакомился с Инной…

Олег КУРОЧКИН,

г. Кемерово.